Воспоминания Юрия Рабиновича

Ян Френкель, Юрий Рабинович
Ян Френкель и Юрий Рабинович

 

Рабинович Юрий Григорьевич - композитор, певец, генеральный директор международного фестиваля имени Яна Френкеля "Утро планеты", общавшийся с Яном Френкелем на протяжении большого периода жизни.

 

Из бесед автора первого сайта о творчестве Яна Френкеля Софии Шнайдер с Юрием Рабиновичем:

«...Ян был настоящим евреем и гордился этим. Общаться и работать с ним было приятно, очень приятно. Таких воспитанных, культурных и честных людей сейчас нет!!!»

<...>

«
...У него много песен раннего периода творчества проходящих, о которых он не вспоминал.
Поэтому когда они встречаются, их интересно слушать.
Он свою программу делал из любимых им и известных песен
».

<...>

«...Ян относился к шуткам про него очень хорошо. У него с юмором все было в порядке. Вот например, когда после очередной гастрольной поездки я его всегда отвозил туда, откуда взял, то есть домой. Так вот, при въезде в Москву из Домодедово есть большой пост ГАИ. Так вот всегда, проезжая мимо него, Ян пел: "ГАИ, ГАИ, моя звезда!" И добавлял: "Ой, как я люблю Москву!"»


 

Летят журавли, или Прощальная гастроль артиста

 

Пожалуй, не найдется в России человека, особенно старшего поколения, кто бы не знал ставших поистине народными песен "Журавли" или "Русское поле". Но мало кому известно, что композитор Ян Френкель свой самый последний в жизни официальный концерт дал весной 1989 года в Приморской краевой филармонии.

 

На Дальнем Востоке Френкель бывал несколько раз. Первая поездка состоялась в далеком 1969 году. Только-только отгремели трагические события на Даманском полуострове. В марте по линии главного политического управления погранвойск небольшая концертная группа - Ян Френкель, поэт Игорь Шаферан и тогда еще совсем молодой исполнитель Иосиф Кобзон - вместе с крупными советскими военачальниками посетили Дальнереченск.

Была творческая встреча. Специально к этой поездке Ян Френкель написал песню "Двадцатая весна". Как всегда, его принимали тепло. Его, большого, с пышными, торчащими почти горизонтально, как у кавалериста, усами, очень любила публика. Густой грудной голос, которым он исполнял свои, такие по-домашнему родные песни, вселял какую-то необъяснимую уверенность в собственных силах, согревал душу.

К тому времени Френкель уже написал на стихи Расула Гамзатова знаменитых "Журавлей". Это была последняя песня в исполнении Марка Бернеса. Он был при смерти, когда Френкель по его просьбе сделал эту прекрасную и в то же время печальную вещь. Известный поэт Константин Ваншенкин, кстати, ближайший друг и соавтор Френкеля, позднее вспоминал: "Марк совсем плохой. Разговаривает с нами, потом вдруг отключается, почти забывает, кто мы. Но то и дело возвращается к "Журавлям", ему кажется, что он должен над ними еще поработать. А ведь спел - без слез невозможно слушать..."

Между первой и второй поездками в Приморье был перерыв более чем в десяток лет. И вот в сентябре 1980 года в Хабаровском и нашем краях решили провести выездной секретариат правления Союза композиторов РСФСР под лозунгом "Дни советской музыки в городах Дальнего Востока". За год до этого события Яна Френкеля избирают секретарем Союза композиторов. Он становится правой рукой Родиона Щедрина - его первым заместителем.

Несмотря на постоянную занятость, Френкель много работает и концертирует. Во Владивостоке проходили его авторские встречи со слушателями. К этому времени, пожалуй, написаны все его самые лучшие песни: "Калина красная" (стихи народные), "Вальс расставания", "Я спешу", "Сколько видано", "Ну что тебе сказать про Сахалин", "Ветер северный", "Погоня" на стихи Роберта Рождественского из кинофильма "Новые приключения неуловимых", оттуда же знаменитое "Русское поле" в соавторстве с поэтессой Инной Гофф. Кстати, в картине ее поет белый офицер в исполнении прекрасного актера Владимира Ивашова. Несмотря на это, зашумели недоброжелатели: мол, как можно любить песню белогвардейца? А времена были застойные, пропитанные коммунистической идеологией. Но песня оказалась сильнее и на долгие годы приобрела статус визитной карточки Яна Френкеля.

Две большие концертные поездки выпали на последний год жизни Яна Абрамовича. В январе и феврале 1989 года гастроли проходили в Хабаровском крае. Организаторам не пришлось долго уговаривать Френкеля - он был легок на подъем и согласился сразу. Перелет из Москвы на Дальний Восток занимал несколько часов, а курить в самолетах Аэрофлота запрещалось, поэтому для заядлого курильщика Френкеля подобный длительный полет был равносилен пытке. Его единственным условием, поставленным перед устроителями гастролей, была возможность всласть подымить.

Дальневосточный композитор Юрий Рабинович, возивший Френкеля с концертами, рассказывал: "Я ему твердо пообещал решить этот вопрос. При посадке в самолет я всегда шел сзади, пропуская его вперед, а стюардессам, которые смотрели на него снизу вверх из-за его большого роста, объяснял, что Френкель очень нервничает, когда ему не разрешают курить. Мне всегда отвечали: "Организуем!" И организовывали.

А еще Ян Френкель любил домашний комфорт и в каждом гостиничном номере, где бы он ни останавливался, всегда по мере сил стремился воссоздать теплоту родного очага. "Был такой случай. Как-то приехали мы в гостиницу на одну ночь. На следующий день ехать дальше. Френкель разложил все свои вещи. Я захожу к нему в номер и, удивившись увиденному, спрашиваю: "Вы что, собираетесь здесь долго жить?" А он с доброй грустью в голосе говорит: "Я люблю домашний уют, а этот номер, хоть на сутки, но мой дом, и здесь должно быть уютно". Я не смог ему возразить и хоть что-нибудь на это ответить", - вспоминал позднее Юрий Рабинович.

Кстати, свою последнюю песню Ян Френкель написал, будучи с концертом в Комсомольске-на-Амуре. Там же она впервые была исполнена и записана на телевидении. Она называется "Отчего ты плачешь?". Стихи написала постоянный соавтор композитора Инна Гофф.

Отработав концерты в Хабаровском крае, а по программе их было 30, Френкель вернулся домой в Москву. Но долго отдыхать ему не пришлось. Всего несколько дней провел он дома на улице Готвальда, что недалеко от Белорусского вокзала, и уже весной с той же программой приехал в Приморье. Творческие встречи проходили в Арсеньеве и Чугуевке, Находке и порту Восточном, Дальнегорске и Пограничном, Артеме и Уссурийске, Шкотово и на острове Русском. И везде были аншлаги.

Иногда доходило до смешного. В одном небольшом городе у дома культуры были расклеены афиши с его именем. Казалось бы, все знали о приезде популярного композитора. Когда же подошло время выступления, зал, как ни странно, был пуст. Оказалось, что люди просто не поверили в то, что такая знаменитость приехала с концертом в их маленький, богом забытый город. Но когда увидели Френкеля собственной персоной, все ринулись к кассам, и уже через час зал был полон.

Когда Френкель был в Уссурийске с концертом, его навестил Герой Советского Союза Руслан Аушев, который командовал тогда одним из воинских соединений. Оказалось, что их связывает давняя дружба. Познакомились они еще в Москве. И с тех пор не прерывали связь. Постоянно общались. И в этот раз допоздна засиделись за накрытым столом в двухместном номере Френкеля. Разговаривали, пели песни. С почти отцовской нежностью Френкель называл серьезного мужественного полковника Русланчиком.

Последний свой официальный концерт маэстро дал 10 апреля 1989 года в краевой филармонии во Владивостоке. После выступления в Приморье Френкель улетел домой в Москву, а в конце апреля состоялась его поездка в США. Вернувшись, композитор тяжело заболел и уже в августе скончался в Риге. Буквально за несколько дней до этого ему было присвоено почетное звание "Народный артист СССР".

Хоронили его в Москве. В Доме композиторов, где был установлен гроб, звучали "Журавли" в его собственном исполнении:

 

Настанет день, и с журавлиной стаей

Я поплыву в такой же сизой мгле,

Из-под небес по-птичьи окликая

Всех вас, кого оставил на земле...

 

Пожалуй, еще ни один артист не уходил из жизни под звуки своей - такой печальной и прекрасной - песни.

В память о прекрасном человеке и музыканте был учрежден международный фестиваль "Утро планеты" имени Яна Френкеля. В 1996 году Союз композиторов России поддержал идею создания фестиваля. Ежегодно в день рождения маэстро, 21 ноября, в Москве вручались премии имени Яна Френкеля в области песни и исполнительского мастерства. Даже учреждена специальная медаль для лауреатов, но, к сожалению, для ее воплощения в металле попросту не хватает денег. Ну, а фестиваль уже дважды проходил в Хабаровске и Уссурийске. Основатель и генеральный директор Международного фестиваля "Утро планеты" заслуженный артист России композитор Юрий Рабинович надеется, что на российской земле еще долго будут звучать песни Яна Френкеля, а также музыкальные произведения в его честь.

 

(Александр Алексеев, Владивосток)

 

Эта статья была впервые опубликована 14 мая 1999 года в газете "Владивосток". Впоследствии в слегка подредактированном виде ее опубликовали в омской газете "Шалом" за ноябрь 2000 г., специально приурочив к 80-летию со дня рождения Яна Френкеля. И так сложилось, что когда автор первого сайта о творчестве Яна Френкеля, София Шнайдер послала свой письменный отклик на эту статью в газету "Владивосток", увидев там ее впервые, судьба неожиданно свела ее с самим Юрием Григорьевичем Рабиновичем. Далее можно прочесть некоторые выдержки из писем, посланных Юрием Григорьевичем лично Софии Шнайдер.

Ян Френкель и Юрий Рабинович
Ян Френкель и Юрий Рабинович во время записи последней песни Яна Френкеля "Отчего ты плачешь, старая лоза" в студии телевидения Комсомольска-на-Амуре (Фото прислано Ю. Г. Рабиновичем в подарок Софии Шнайдер на день рождения)

Из писем Юрия Рабиновича (комментарии - София Шнайдер)

 

«Поздравляю Вас и всех наших единомышленников с ЮБИЛЕЕМ, хотя он и грустный, но все-таки и радостный, потому что помнит МИР ЯНА и поет его народ, т.е. поет его песни».- София Шнайдер (далее - С.Ш.): «Так написал Юрий Григорьевич к юбилею Яна Френкеля. Итак - я благодарна Всевышнему за то, что Он так неожиданно свел меня с ним, самым первым из большого списка людей, с кем Френкель был рядом... Его самое первое, неожиданное для меня письмо было вот каким»:

 

Уважаемая София!

Огромное спасибо за Ваше [письмо], такое теплое и полное любви к человеку, который мне так же дорог, как и Вам.

Очень ведь верно Вы подметили знамение в творчестве Яна - "Скоро осень, за окнами август" - "Ведь он сам себе предсказал..." А ведь на последней творческой встрече ему задали вопрос, как долго он сможет петь? Он ответил, что его предки по линии отца долгожители, и он последует их примеру. Я организовывал его последние годы жизни гастроли, и мы с ним вместе изъездили весь Дальний Восток России. Мне очень приятно, что еще есть люди, так искренне любящие Яна. Открывая его концерты, я говорил: Яну Френкелю достаточно было написать 3 песни, чтобы войти в историю советской песни и страны. (Я имею в виду Журавли, Русское поле и Калина красная), я думаю, что Вы со мной согласитесь.

Если Вас что-то заинтересует о Яне пишите, что мне известно отвечу.

У меня к Вам просьба: нет ли в Вашем архиве фотоснимка улицы или лучше дома, в котором жил Ян Френкель. Мне бы очень хотелось этот снимок получить.(впоследствии я ему его выслала — С.Ш.).

С уважением

Генеральный директор Международного фестиваля "Утро планеты" имени Яна Френкеля, Заслуженный артист России, член Союза композиторов России, композитор

Юрий Рабинович

 

С.Ш.: «Я попросила Юрия Григорьевича рассказать о том, как он познакомился близко с Яном Френкелем, и он рассказал мне следующее»:

 

Пишу, отвечаю на просьбу: мы познакомились с Яном в 1969 году после Даманских событий. Он был на Даманском с Кобзоном и с новой песней об этих событиях. Называлась она "Двадцатая весна". Может, помните - в ней были слова:

 

Спите, мальчики, спите спокойно, солдаты,

Будет вечной(забыл слово)вам тишина.

 

Так вот, после Даманского он приехал во Владивосток и был концерт, на этом концерте я у него попросил эту песню, он мне ее дал, Кобзон переписал стихи, и я эту песню пел в Ансамбле погранвойск. Тогда я работал по своей первой музыкальной специальности - вокалистом-солистом в Ансамбле песни и пляски Погранвойск. Так мы познакомились. Я много его песен пел. Но "Журавли" я отпел 350 раз.

Потом в 1970 году он был в жюри 4 Всесоюзного конкурса артистов эстрады в Москве, в жюри вокалистов он был, а председателем жюри вокалистов был Эдик Хиль. Я пел на этом конкурсе песни Яна. И вот тут, после исполнения его песен, он подошел ко мне и сказал: "Спасибо за исполнение". Мы, естественно, на банкете были вместе и отметили этот факт, с тех пор у нас установились дружеские отношения как коллег по композиторскому цеху. И почти 20 лет мы общались, а последний год его жизни почти весь провели вместе на гастролях. Вот так.

 

С.Ш.:«А к юбилею Андрея Миронова Юрий Григорьевич очень интересно рассказал о том, как Ян Френкель дружил с легендарным артистом»:

 

По поводу Яна и его мыслях по поводу продолжительности жизни, Он говорил как -то на одном банкете: " У меня родители и предки были долгожителями и поэтому я тоже намерен продолжить их традицию" Он никак не собирался так быстро и неожиданно уйти из жизни. По поводу Андрея Миронова он говорил, что пластинка записанная ими, вышла после смерти Андрея. У них были планы записать еще одну пластинку, но не суждено было им сбыться., так же как и нашим планам - проехать с концертами от Чукотки до Калининграда. Мы проехали только Хабаровский и Приморский края.

Есть у Яна песня "Я дома ". Так вот он говорил что, когда Миронов услышал эту песню он пришел к Яну домой и просил разрешения записать ее. Эта песня про Одессу. И Миронов сказал Яну, что она ему напоминает человека, на коленях которого прошло его детство, она напоминала ему Л.Утесова. И Ян не смог ему отказать.

 

София Шнайдер и Юрий Рабинович обратили внимание, что в СМИ закрепилась путаница в дате рождения Яна Френкеля — С.Ш.:«Очень многие писали, что он родился на 2 месяца раньше. И однажды, когда Юрий Григорьевич увидел передачу, в которой о юбилее Яна Френкеля передавали в неподходящий день, он написал им»:

 

Дорогие милейшие ведущие !!!!

Мне было очень приятно видеть и слышать родной голос моего учителя и друга Яна Френкеля в передаче 21 сентября 2000 г, хотя и вышел небольшой казус, ведь Ян родился 21 ноября 1920 года, это Марк Бернес родился 21 сентября и хоть они и были друзьями, но родились в разных месяцах.С одной стороны казус, а с другой приятно, что Вы не забываете Яна. Придется Вам искупать вину авторов передачи и редакторов,и повторить в ноябре этот сюжет.

С уважением

Генеральный директор Международного фестиваля "Утро планеты" им. Яна Френкеля

Заслуженный артист России, композитор

Юрий Рабинович

 

С. Ш.: «8 декабря 2000 года Яну Френкелю воздвигли мемориальную доску на его родной улице Чаянова, раньше именовавшейся улицей Готвальда. Среди тех, кто выступал на открытии, был и Юрий Григорьевич Рабинович. Я страшно жалела, что не была в это время в Москве и потому не оказалась на открытии доски, но Юрий Григорьевич поведал мне об этом так»:

 

Доску на доме Яна открыли, я был и выступил на открытии. Были только композиторы, племянник жены Яна и много молодежи. Все дни в Москве сейчас пасмурная погода, а в пятницу 8.12.2000 с утра до обеда было солнце, а после открытия снова небо стало хмурым и темным. Вот так природа отметила этот факт. На митинге выступили - Казенин, Саульский, Чалаев, Рабинович. В начале церемонии прозвучали "Журавли", а в конце "Вальс расставания" в исполнении Яна. Вот и все. Пока.

 

С.Ш.: «16 января 2002 года, газета "Амурская заря" опубликовала статью "Комментарий к одной фотографии". Я переслала эту статью Юрию Григорьевичу, и он ответил мне вот что»:

 

Спасибо за информацию, это очень интересно !!!! НО ????!!!!!

Эта поездка действительно была, о ней Вы читали в общих чертах в статье в газете Шалом из Омска. А подробности вот какие: Мы действительно были а Амурске, но это не Амурская область, а Хабаровский край не далеко от Комсомольска-на-Амуре, это приметно часа 1,5 - 2 езды на такси. Приехали мы туда на 2 концерта из Комсомольска. Был февраль, метель, холодина, а мы в осенних пальто, представляете.??? Этот парень действительно поднес мне звуковую колонку, а не чемодан. Да действительно народу было очень много, был аншлаг, как в прочем и везде, нас этим не удивишь, мы работали всегда на аншлагах!!!!!! Во дворце было так холодно, что единственным средством для согревания был самовар в гримировочной. Да действительно я представлял Яна,вел программы и делал комментарии о творчестве Яна и его жизни, рассказывал о наших поездках, концертах и т.д., отвечал на вопросы, если они были, как впрочем и Ян ,он это делал тоже по запискам. Фотограф там тоже был, и он прислал мне фото этого вечера. При всех неудобствах это был незабываемый вечер, потому, что после концертов было продолжение с местным руководством, о котором автор статьи не мог конечно же знать. но очень хорошо то, что о этих встречах помнят люди спустя почти двенадцать лет!!!! Значит мы не зря там были и ехали туда, мерзли там, память дороже всего этого.

Если будете писать в газету то можете передать им огромный привет и сказать , что мы тоже помним амурских слушателей и рады встрече с ними. Я ведь и один там бывал не раз после гастролей с Яном, но проводил авторские встречи на предприятиях и открытых концертов не делал. В ту поездку с Яном в Хабаровском крае мы отработали 30 концертов и вот два из них в Амурске. Так что я не обижаюсь на автора за то, что он перепутал мое имя и отчество (автор по ошибке поначалу написал, что композитора из Владивостока звали Михаил Абрамович - София), а он просто его забыл т.к. была расклеена реклама по всему Амурску, а в рекламе все четко и крупно было написано. Он это забыл потому, что имел рядом такую "ГЛЫБУ", как Ян.(Возможно ли запомнить точно все, что было вокруг рядом с Яном ???!!). Спасибо, София, за это сообщение. Я вспомнил это счастливое прошлое.!!!!!!!!!!!

Если будете писать в газету, попросите их прислать экземпляр газеты или копию статьи.

 

С.Ш.: «Еще один рассказ Юрия Григорьевича Рабиновича»:

 

Был случай такой : Я ему пожаловался на одного нашего коллегу, который был моим врагом, он мне рассказал историю про одного нашего тоже коллегу, очень известного композитора, и спросил меня, как я думаю об отношениях Яна с этим человеком. Я ответил, что они друзья, потому, что мы не раз вместе обедали и пили коньяк втроем. И Вы удивитесь узнав , что Ян ответил, что они злейшие враги. Он говорил всегда : "Юра, никогда не показывайте своей неприязни к любому Вашему врагу. Будьте выше этого".

 

С.Ш.: «Я послала Юрию Григорьевичу материал из Дагестана, где Расул Гамзатов писал о своей песне "Журавли". И получила отклик. Юрий Григорьевич написал мне »:

 

Спасибо за материал о журавлях Расула, я получил от Вас его по почте в большом конверте. Это очень хороший материал. Я отвечаю на Ваш вопрос. Ян очень много рассказывал о Расуле, но я многое забыл, потому что это были просто беседы. А вот одну историю помню, но ее не имею права рассказывать. Может когда- нибудь, просто запомните это и потом через длительное время напомните мне.

А вот о друзьях Яна в Москве был такой случай: 1989 год. Мы возвращались из поездки по Хабаровскому краю и ехали в машине Союза композиторов России, которая нас встречала. Шофер был по- моему Володя. Ехали из Домодедово. Перед въездом в Москву, на шоссе есть пост ГАИ. Подъезжая к нему Ян запел романс " ГАИ. гаи моя звезда". Пропел и сказал:" Ох, ребята, как я люблю это город, Москву!!!. Володя вези нас по всем друзьям, а потом домой." И мы поехали по всем адресам друзей и соавторов, подъезжали к дому, останавливались, он говорил кто здесь живет и ехали дальше. На пути был и дом Ваншенкина, Последним на пути был дом Расула и потом поехали домой к нему на Готвальда(Чаянова). Потом этот же шофер провожал Яна, когда он уезжал из Москвы летом 1989 года в Юрмалу в Дом творчества, это была последняя его поездка. И Володя говорил мне, что когда они прощались , Ян заплакал. Вот такая история была в 1989 году.

 

С.Ш.: «А вот что уникальное рассказал мне Юрий Григорьевич об исполнении Яном Френкелем "Журавлей" во время своих последних с ним гастролей»:

 

Яна переделать было очень трудно в его желаниях и хотениях, что касалось его творчества и общения со слушателями. Первое, что мне хочется сказать это то, что Ян очень бережно и трогательно обращался со всеми без исключения слушателями, хотя иногда, когда его доводили, или как сейчас модно говорить, доставали, он и ругался, но ругался как -то с лаской и нежностью. Это надо было уметь так!!! Я больше ни у кого такого обращения со слушателями не встречал. Но вот уже в наших с ним гастролях, при исполнении Журавлей Ян говорил вступление о песне, о первом исполнителе Марке Бернесе и потом говорил, что вступление и припев будем петь все вместе, после чего делил зал на левую и правую часть, и говорил, что у нас будет хор двухголосный, разучивал с каждой частью зала их партию, потом пели все вместе с ним, он хвалил всех, и говорил ,что он очень доволен их пением и после этого начинал исполнение и одновременно дирижировал головой залом. И Вы знаете он всегда оставался доволен залом, хотя я ему и говорил иногда, что сегодня пели хуже чем вчера. Он не воспринимал моих слов и настаивал, что для "Одной репетиции с народом это хорошо". Видимо он уже предчувствовал, что это последние гастроли и ему были дороги все его слушатели, а их Вы знаете, было очень даже много, и он с жадностью наслаждался своей музыкой и в частности Журавлями. И если послушать его ,почти последнее, исполнение, то это можно услышать в его интонациях. Последний его концерт у меня есть в записи со всеми его рассказами и комментариями. Вот и все что я хотел сказать.

 

С.Ш.: «Вот что Юрий Григорьевич поведал мне в телефонном разговоре, который состоялся 21 ноября 2008 года о смерти Френкеля. Это было необычайно трогательно...»

 

Я отправил Яна с гастролей в Москву, а потом он поехал в США к сестре Зое. Приехал он летом - где-то в июне или июле. Я позвонил ему из Москвы и спрашиваю - "Яник, позови дедушку". А Ян говорит - "Это я". - "А что такой голос?" - "У меня болит желудок". Потом он сказал: "У меня болит сердце". Я достал ему растение, потом поехал в Москву. В больницу к нему меня не пустили, но подарок ему я вручил. Потом Ян поехал лечиться в Ригу в санаторий или в пансионат, и тогда он сказал шоферу Володе: "Мы, наверное, больше никогда не увидимся...".