Воспоминания Владислава Казенина

Владислав Казенин
Владислав Казенин

20 лет с большим удовольствием я работал в содружестве с композитором Яном Абрамовичем Френкелем. Это был человек редкой интеллигентности и обаяния, вносивший в человеческие отношения особую теплоту. Ян Френкель - одна из звезд нашего композиторского братства. Он был прекрасным музыкантом - замечательным композитором, великолепным исполнителем. Я считаю, что его песни лучше всего исполнял он сам, с его необыкновенным сердечным проникновением в слово. А Ян Абрамович всегда очень строго относился к текстам песен.

Мне посчастливилось выступать с ним. Пятнадцать лет мы вместе колесили по разным городам нашей страны и за рубежом. В первом отделении выступал я, во втором, завершая наш концерт, - Френкель. И несмотря на то, что я был начинающий композитор-песенник, а он известный мастер, Ян Абрамович очень трогательно относился ко мне и моим исполнителям, порой как наставник и педагог деликатно подсказывал какие-то исполнительские и композиторские детали...
Он очень много сделал и для меня, и для моих друзей-исполнителей: Евгения Поликанина, Светланы Лукашовой, Валерия Алиева, Андрея Калайды.

Во время наших поездок, конечно, случались курьезные случаи. Популярность Френкеля была в то время колоссальная. Впрочем, и сегодня все знают и поют его песни. Помню, приехали мы в Якутию. Рейс задерживался, и случилось так, что нас никто не встретил. Обычно встречали, но в этот раз - не успели. Мы вышли на стоянку такси, чтобы доехать до гостиницы. Ян Абрамович - в такой своей шапке, усы знаменитые. К нам бросились таксисты, как это всегда бывает в аэропорту, чтобы захватить пассажира. Мы сели в машины, едем и видим, что за нами уже выстроился "шлейф" официальных машин. Выходим, Ян Абрамович достает бумажник:

 - Сколько, друг, я тебе должен?
 - Вы должны только поставить автограф. Неужели я с Френкеля возьму деньги?

Признание, любовь - как это важно даже в таких мелочах! Во всех концертах, где бы мы ни были, и у нас в стране, и за рубежом, в конце концов зал всегда пел вместе с ним. Его песни знали везде.
Помню, была такая встреча на Сахалине. Мы выступали в каком-то клубе. И вдруг гаснет свет - полная темнота в зале, а Ян Абрамович как раз исполнял одну из своих песен. Он пел всегда с микрофоном своим замечательным голосом неповторимого тембра. И вот он говорит:

 - Ну что, друзья, я ноты найду, может быть, и без света будем продолжать концерт?

Это были фантастические мгновения: он пел свой "Вальсок", и весь зал пел вместе с ним. А утром нам рассказали, что в городе была большая авария. И сделали все возможное, чтобы только в этом клубе был свет - ведь выступал Ян Абрамович Френкель.
Аналогичный случай был в Париже, в нашем посольстве, где на концерте присутствовали не только советские почитатели таланта композитора, но и приглашенные жители Парижа. Так же погас свет, и так же Ян Абрамович продолжал какое-то время в темноте петь свои песни вместе с залом.
Бывали очень тяжелые поездки. Например, на Курилах ждали летную погоду несколько дней. Очень хотелось ему посмотреть острова. Потом мы были на Кунашире, Шикатане, на погибших вулканах ("Тятя", вулкан Менделеева). У него была безумная жажда увидеть как можно больше, почувствовать и преломить это в своем творчестве через собственное Я. И везде, где бы мы ни были, его всегда ждали, а ведь он был уже немолод. Переезды, наши российские дороги, самолеты, вертолеты... Но никогда не жаловался, никогда не сетовал на то, что где-то его не встретили, что утомила тяжелая поездка.

Это был уникальной доброты человек к знакомым и незнакомым людям. Среди его замечательных друзей не только музыканты. Он очень любил людей науки (он и сам был образованнейшим человеком), в том числе знал многих врачей в России, во Франции. И не потому, что лечился у них, наоборот, он никогда не обращался к врачам по поводу своего здоровья. Поэтому и ушел так рано.
Были друзья - дирижеры. Он очень дружил с Кириллом Кондрашиным. Его связывала большая дружба со многими поэтами. Я был свидетелем его общения с Константином Ваншенкиным. Это была великолепная партия-дуэт. На слова Ваншенкина написаны такие известные песни, как "Нелетная погода", "Вальс", "Я спешу, извините меня", "Обучаю игре на гитаре" и другие. Поэт - композитора, композитор - поэта, - они так дополняли друг друга!!!
Но самое главное - это его талант. Песни Френкеля, его мелодии остались с нами, и некоторые из них стали подлинно народными. Те же "Журавли" (стихи Р. Гамзатова), "Русское поле" (стихи И. Гофф) или песни на стихи Ю. Левитанского - "Баллада о гитаре и трубе", "Дорога". А "Калина красная" вообще долгие годы считалась народной. Это ли не высшая похвала композитору?

У Яна Абрамовича очень много оркестровой киномузыки. Мне тоже посчастливилось с ним работать над музыкой к восьмисерийному фильму "Всего дороже" - продолжению киноэпопеи "Великая Отечественная". Замечательная песня из этого фильма "Моя глубинка" посвящена труженикам российской далекой провинции, работающим в тяжелое послевоенное время.
Прекрасны и оркестровые фрагменты к этому фильму. Он хорошо чувствовал оркестр, знал специфику каждого инструмента. Очень многим своим коллегам помогал оркестровывать песни.
Френкель был одним из создателей партитуры Гимна Советского Союза, переоркестровав его по-новому. Именно в его оркестровой версии гимн звучал более 10 лет, вплоть до 90-х годов.

Ян Абрамович очень хорошо играл на рояле, всегда аккомпанировал себе на эстраде - трогательно и душевно. Его любила наша семья композиторов-песенников. Хотя в ней бывали и непростые отношения, но я никогда не слышал, чтобы о Френкеле сказали что-то негативное. Его любили и В. Соловьев-Седой, и М. Фрадкин, и А. Пахмутова, и Э. Колмановский, и многие другие. Все были счастливы с ним выступать.
Мы вместе работали в Союзе композиторов России. Возглавлял тогда Союз Родион Щедрин, у которого было два заместителя - Я.А. Френкель и Ваш покорный слуга. Щедрин любил его творчество, ценил деловые качества. Популярность Френкеля мгновенно решала очень многие наши проблемы, особенно если надо было "пробить" молодому композитору квартиру, минуя тогдашние списки, или поставить телефон и т.д., потому что сказать ему нет не мог даже высокопоставленный чиновник.

В то же время он сам долгие годы жил в одной комнате с женой, а потом и с дочерью. Как он вспоминал, его кровать всегда находилась под роялем. И только в конце жизни композитор переехал в нормальную квартиру.

Яна Абрамовича хорошо знали за рубежом. Я с ним был в нескольких странах. В Болгарии у него было много настоящих друзей. Там выпускали его пластинки, издавали ноты. Его хорошо знали во Франции, где он часто бывал.

Была у нас одна общая страсть - книги. В то время в Москве очень трудно было купить хорошую книгу, и куда бы мы ни поехали, отовсюду отправляли домой посылки с книгами, даже из-за рубежа. Если же я ехал один, то книги покупал в двух экземплярах - одну для себя, другую для Френкеля. То же делал он. У него была потрясающая библиотека.
Ян Абрамович был очень азартным человеком, блестящим преферансистом. Играл в карты для удовольствия, купался в этой игре, объявляя мизер, семь без козыря. Было интересно наблюдать за ним, когда он, хитро поглядывая на соседа, ждал, чтобы тот открыл его карты. Он любил смотреть теннис. Вообще у него было много увлечений, которые украшают жизнь человека. Он был замечательным партнером во всем...

Ян Абрамович много делал для других и ничего для себя. Блестящий артист сцены, пользующийся всенародной любовью, он, как ни странно, не имел звания "народный артист СССР". И лишь в конце его жизни была исправлена эта несправедливость. Когда я стал заместителем министра культуры СССР, мне удалось доказать, что Я.А. Френкель достоин этого звания.
Френкель много снимался в кино. Я всегда ждал той сцены в фильме "Неуловимые мстители", где он появляется со скрипкой в руках.

Увы, Яна Френкеля нет с нами, но его песни живут. И прекрасно, что в сегодняшнем музыкальном хаосе звучат эти неповторимые мелодии. Одна из них - "Русское поле" на стихи Инны Гофф. Я и сейчас слышу голос Яна Абрамовича, вспоминаю и вновь переживаю радость общения с этим прекрасным человеком и музыкантом.

 

(из книги "Мы большие друзья". М., Издательский дом Композитор, 2007)